С. махотин мне грустно

Сергей Махотин «За мелом»

Сергей Махотин «За мелом»

Долго я подступалась к написанию отзыва на эту книгу, собиралась с мыслями.. А всё потому, что эта книга особенная, по крайней мере, для меня. Такая настоящая, такая эмоциональная, такая ностальгическая.

Казалось бы, ну стихи, ну пишет человек от лица школьника 10-13 лет, ну что тут может быть необычного. Но как это написано, как прочувствовано! Да и школьник здесь, конечно, не современный, не компьютеризированный, это ребенок из прошлого, возможно, даже сосед по парте из времен наших родителей.

Он еще не знает, что такое компьютеры, он не знаком с сотовым телефоном, а слово «скайп» для него пустой набор букв и звуков. Зато, он умеет ценить уникальные, неповторимые моменты жизни, радуется лету, помогает друзьям, веселит больных детишек, защищает девочек, ценой собственных синяков. Он знает цену любви, преданности, дружбе, заботе, благодарности, нежности.

Вы послушайте открытие ребенка, вам самим возможно тоже приходили в голову подобные мысли, мне точно приходили:

Я сегодня сам не свой,

Потому что вдруг

Я открыл, что я — живой

И живой — мой друг.

Засмеялись вдруг глаза

У живого пса,

И живая стрекоза

Взмыла в небеса.

Ветер веткой зашуршал

И лизнул в лицо.

За рекою конь заржал,

И мышонок пробежал

В норку под крыльцо.

На траву ложится тень,

Гаснут облака

Я шепчу:

— До завтра, день,

Ветер,

лес,

река…

Это добрый, открытый, думающий человек, живший в ушедшее, немного наивное время, которое уже не вернется.

От того здесь и грусть, и ностальгия, есть, конечно, и светлая радость после прочтения от осознания того, что это время было.

Сами послушайте — эти строки явно принадлежат перу человека, жившего в прошлом веке, ведь когда автору было столько, сколько его герою — это было начало 70-х годов, родился Сергей Махотин в 1953 году.

Пушкин

Подумать только! Он бродил,

Где я сейчас брожу,

И про себя стихи твердил,

Что я сейчас твержу.

Он сердце торопил своё,

И был он как в бреду,

И так же ждал в саду её,

Как я сегодня жду.

И ту же боль, и тот же страх

Он чувствовал в душе —

Я знаю: он про то в стихах

Мне рассказал уже.

…Жгут листья. Тает синий дым

Октябрьского дня…

Он был ровесником моим

И понимал меня!

В сборнике много стихов, посвященных теме моря, поскольку автор родился в Сочи, тема дружбы и сочувствии, первой любви появляется на страницах книги очень тонко и проникновенно. Замечательные стихотворения, уносящие в светлое детство.

Про оформление. Что сказать — книга отлично издана, бумага офсет — но такой офсет, который приближен к меловке -нежной и гладкой. Но мелованная бумага здесь была бы откровенно лишней. Поскольку рисунки выполнены в технике растушеванного карандаша. Сначала художественная сторона книги мне показалась странной.

Ну что это такое — вроде бы приятные карандашные рисунки природы, моря, деревьев, и на них как будто прилеплены аппликацией черно-белые фигуры мальчика и других детей и взрослых. Но прочитав книгу целиком, я поняла, как мне кажется, задумку художницы.

Она хотела показать тем самым, насколько быстротечна наша жизнь, как коротко наше милое детство. Вот она природа, вот оно солнце и море, а наши человеческие фигуры лишь временные в этом мире -побыли здесь и с такой же простотой их можно убрать как аппликацию, а рисунок жизни и мира от этого не изменится.

Так же будут цвести цветы, шуметь ветер, лить дождь. Всё человеческое временно и детство тоже, а потому нужно ценить его, радоваться моменту, как это делает юный герой-школьник из этой книги.

Но поскольку это всё-таки детская книга, пусть и для взрослых детей, здесь нет откровенной темы смерти, люди здесь просто сливаются с природой, как в этом стихотворении, от которого у меня просто защемило в груди, настолько оно проникновенно:

Бабушка.

Превратилась бабушка в дерево,

Распустила ветви свои.

По весне прилетают к бабушке

Неприметные соловьи,

Укрываясь в ветвях у бабушки

От дождя и от ветерка.

А по небу плывут оладушки,

Как румяные облака.

Спасибо автору за мудрые, светлые и добрые стихотворения. Большое человеческое спасибо.

Немного картинок:

Источник: https://www.BabyBlog.ru/community/post/kids_books/3175169

Литературный иллюстрированный журнал для детей «Кукумбер»

А-Г Д-К Л-С Т-Ч Ш-Я

Сергей Анатольевич Махотин называет сочинение стихов для детей “самым счастливым на свете занятием”. Может быть, потому, что всякий раз он возвращается в свое “безоблачное”, по его определению, детство, которое прошло в солнечном городе Сочи.

Родился Сергей Махотин в 1953 году, и до того, как стать писателем, служил в армии, работал звукооператором на Сочинском телевидении, недолго поучился в Институте киноинженеров, закончил поэтическое отделение Литературного института.

Потом был корреспондентом газеты “Ленинские искры”, и тогда же, в начале 80-х стал писать для детей и печататься в журналах “Костер” и “Искорка”. В 1985 году сразу в двух центральных издательствах – “Детская литература” и “Малыш” – появились первые книги стихов: “Море в банке” и “Здравствуй, день!”.

С тех пор издано немало произведений Махотина: сборники детских стихов, историческая проза – повести “Юноша стройный на белом коне. Повествование о святом великомученике Георгии Победоносце” и “Крест Андрея Первозванного”, роман “Марфа окаянная”.

Он писал рассказы и сказки, пересказывал классиков зарубежной литературы, среди которых – Майн Рид и Конан Дойл… А еще он всегда страстно пропагандировал детскую литературу, зная, насколько велика ее роль в жизни растущего человека.

Он работал в журнале “Костер”, собирался возглавить новый питерский журнал – “Лицей”, который так и не вышел по финансовым причинам. Потом стал главным редактором знаменитой детской радиопрограммы “Заячий остров”, которая в течение шести лет, в самые трудные для детской литературы – на рубеже 80-х и 90-х – поддерживала и сохраняла в детях любовь и интерес к чтению.

Но что бы поэт ни делал в те трудные годы “выживания”, стремление к счастью, то есть сочинение стихов для детей, продолжало в нем жить.

Поэтому вновь и вновь рождались то радостные, звонкие и напористые строки, то более свойственные Махотину стихи “с затаенной грустинкой”, в которых непосредственное детское чувство сочеталось с глубокой мыслью, неким открытием. Одно из любимых моих стихотворений Сергея Махотина – “Воскресенье”:

Внутри у меня газировка шипит И медленно тает пломбир. И папа рассеянно мне говорит: – Куда мы – в кино или в тир?.. Я тир выбираю! Потом – шапито, Там зебры и клоун смешной. Но это не главное. Главное то,

Читайте также:  Занятие по ознакомлению с окружающим в старшей группе на тему: птицы

Что папа, мой папа со мной!

Ольга Корф

У каждого детского поэта есть свои опознавательные знаки. Стихи Сергея Махотина трудно спутать с какими-то другими. Уже давно Сергей нашёл свою интонацию – особую ноту добра и нежности.

Герои его стихов – ими могут быть и малыши, и ребята постарше – живут в мире, где довольно чётко проставлены нравственные ориентиры. Это мир не просто человеческий, а человечный, в нём достаточно места для сочувствия.

Хотя, ясное дело, сочувствие – понятие абстрактное. И нужно обладать чутким «резонансом» души, чтобы так написать:

Минут сорок пять Я, наверно, друзья, Глядел на трудящегося Муравья. Упорно хвоинку Тащил он в жильё, Влезал на травинку. Спускался с неё. Вдруг тяжкую ношу Отбросил он прочь И крикнул: – Глазеешь?!

Нет, чтобы помочь!

Сергей Махотин не пишет страшилок и ужастиков. Кажется, он просто органически не умеет их писать. Ему куда важнее каждым своим стихотворением подчеркнуть важность детства.

Здесь дети и взрослые на равных решают свои проблемы. Здесь мир человека и мир природы подчинены общим законам справедливости.

Здесь мы оказываемся в поэтической стране, живущей по законам тонких чувств и точных знаний о том, как должен строиться звучный, весёлый стих.

И ещё одно ценнейшее качество: Сергей прекрасно понимает, что такое юмор, как он украшает и обогащает нашу жизнь.

Как-то раз на одном из его выступлений ребята спросили: «А какими мы будем в тридцатом веке?» И Сергей Махотин удивился этой замечательной детской вере в то, что и в тридцатом веке мы будем живы и здоровы, а тогда, само собой разумеется, страшно интересно узнать про нас, будущих. Подобные вопросы – радость для поэта, находчиво и весело ищущего свои «поэтические» ответы:

Когда-нибудь в тридцатом веке Мы будем древними, как греки. Нас в обязательном порядке Всю четверть будут проходить, И наши школьные тетрадки Всех будут в трепет приводить. И кто-то, взяв тетрадь Орлова И разобрав с трудом слова, Воскликнет: «В древности корова

Писалась через букву «А»!

Каждая новая книга Сергея Махотина – это «семейный» подарок, это чтение радости и чтение в радость: все эти тонкости многого стоят.

Михаил Яснов

Публикации:

Пока мы спали (#01 2011)
Новенький (#06 2010)
Море в банке (#01 2010)
За мелом (#02 2009)
Не просто лужа; Пластилиновый пёс (#3 2008)
Сто к одному (#08 2008)
Про Мишу и словарь Ожегова (#5 2007)
Боря Лаптевых (#1 2007)
Расписание (#09 2007)
Галя со скакалкой (#7 2006)
Грибной дождь; Голоса реки (#4 2006)
Разбуженная музыка (#9 2005)
Как баба Арина в Америку не поехала (#8 2005)
Бычок; В переполненном трамвае (#7 2005)
Пират (#4 2005)
Письмо; Шестикласник Серафим (#3 2005)
Груша; Настройщик (#2 2005)
Вот так встреча!; Плохая привычка; Завтрак; Хорошие профессии; Девятое марта; Пластилиновый пёс В лифте (#10 2005)
Ты смог бы без меня обойтись? (#1 2005)
Гомер (#9 2004)
Отрицательные частицы (#8 2004)
Бабушка проспала; Мне грустно; Про муравья (#4 2004)
Зоколдованные косички (#2 2003)
Приметы; У киноафиши; В кого я такой? (#10 2003)
Котенок Гусев (#9 2002)
Приметы; Завтрак; Бабушка проспала; В кого я такой? (#4 2002)
Фотография; Воскресенье (#9 2001)
Самый маленький (#6 2001)

Источник: http://archive.li/VVpz

Махотин стихи для детей

ГлавнаяСтихиМахотин стихи для детей

Сергей Махотин: «Когда пишешь для детей, ты их любишь! А это уже счастье» (интервью)

Сергей Махотин, автор более двадцати книг стихов и рассказов для детей, уверен, что детский писатель обязан быть счастлив, должен найти собственную интонацию в шумном многоголосье и помнить, что в детской литературе нет и не может быть конкуренции.

Сергей Анатольевич — редактор детского вещания на «Радио России» и член жюри нескольких литературных конкурсов. Кажется, он знает абсолютно все о детской литературе и тех, кто ее творит.

Он рассказал нам о том, насколько необходима молодым авторам творческая атмосфера, чего не хватает петербургским детям и чем пока еще могут похвастаться дети в провинции, а также о детгизовских традициях и тенденциях в современной детской литературе.

Автор книг «Вирус ворчания», «Включите кошку погромче», «За мелом» даже поделился с нами замыслами и интересными подробностями своих еще не опубликованных книг.

По Чуковскому, детский поэт должен быть счастлив. Как вам удается поддерживать это ощущение счастья?

Я полностью согласен и всем моим молодым коллегам доказываю, что детский писатель обязан быть счастлив. Несмотря на то что у тебя есть какие-то неурядицы, огорчения. Когда ты садишься за детскую прозу или тем более детские стихи, ты обязан вернуть себе это счастливое состояние, в котором все это творится. Во взрослом литературе все наоборот. У Кушнера есть такие строчки:

У счастливой любви не бывает стихов,

а несчастная их не считает.

А когда пишешь для детей, то их любишь. Это уже счастье!

И какой вы бы выписали рецепт от уныния и ворчания?

Это довольно часто бывает, что какой-нибудь ребенок просыпается утром с плохим настроением. Тапка под кровать залетела, завтракать неохота, в школу тем более не хочется идти. У взрослых это тоже бывает: на работу идти совсем не хочется. Есть замечательный рецепт: нужно вспомнить и прочесть небольшое веселое стихотворение. Например, смешной стишок Олега Григорьева:

Я взял бумагу и перо, нарисовал утюг

Порвал листок, швырнул в ведро —

В ведре раздался стук.

У меня есть такое стихотворение:

Был Витя сегодня расстроен и зол

Он в лифте застрял, и заплакав, сел на пол

И все перечитывал слово «козел»,

Которое только что сам нацарапал.

Петербург часто бывает серым и мрачным, волей-неволей погружаешься в меланхолию. Когда вы переехали сюда из солнечного и цветущего Сочи, долго привыкали?

Петербург — город прекрасный! Я очень много по миру поездил. Любуешься Стокгольмом или Копенгагеном, или старинным городом Кинешма, а приезжаешь в Петербург — он самый-самый лучший.

Когда я впервые оказался в Ленинграде, он меня так потряс и очаровал, что я с завистью смотрел на прохожих, какие они счастливые, что живут в этом городе. А потом так сложилось, что и сам в нем оказался. Здесь активная литературная жизнь, и можно сказать, что наша традиционная детская литература здесь родилась.

Но, честно сказать, мне по-прежнему очень не хватает солнца. Эта долгая зима, низкое небо, бесконечные пасмурные дни. Но что тут поделаешь, надо чем-то платить.

Читайте также:  Игры на пасху с яйцами для детей

Вообще место, где живет писатель, имеет значение для его творчества?

Конечно, это же воспоминания детства, они всегда замечательные. Ты вспоминаешь детали, друзей, двор, атмосферу, всегда радостную. Очень много в детской литературе рассказов о детстве, которые написаны уже взрослыми-взрослыми писателями.

Для литературы полезнее писателю родиться не в столице, а где-нибудь поближе к природе. Где можно дышать воздухом, гулять без опаски. Сейчас какая беда — в Москве, Петербурге детей одних не отпускают гулять. Родители боятся, и недаром боятся. А в маленьких городках это еще сохранилось. Там остались дворы, дворовые игры.

А это такая питательная среда для воспитания человека. Это общность какая-то.

Как один из организаторов форума «Молодые писатели вокруг «Детгиза» вы часто общаетесь как раз с авторами из глубинки. Насколько труднее им пробиваться?

Им, конечно, сложнее, потому что во многих городах, откуда они приезжают, нет не то что издательств, а какой-то периодики, где можно было бы публиковаться.

С другой стороны, если способный и талантливый человек, очень много возможностей для публикаций. И мы это всячески поддерживаем, рекомендуем, в сборниках печатаем.

Каждый год при «Детгизе» выходит сборник «Как хорошо», посвященный новой детской прозе и поэзии.

Сложно оценивать произведения молодых авторов на конкурсах? Много талантливых?

Очень много талантливых! У некоторых есть ошибки, связанные с поиском своей интонации. А это самое главное — найти свой голос, свою интонацию. Казалось бы, чего проще — ты пишешь, как говоришь. Но не у всех получается почему-то.

Я считаю, что в детской литературе нет конкуренции, ее просто не может быть. Потому что либо ты своим голосом говоришь, и тогда уже пишешь о чем угодно.

А если у тебя нет этого своего голоса, какой бы ты сюжет не выстраивал, что бы ни придумывал — все равно это будет не совсем литература. Это будет вторично.

Форум молодых писателей, наверное, очень важен и как площадка для их общения между собой?

Это самое главное, чего мы добиваемся — поддерживать творческую атмосферу. Дать им понять, что они нужны, востребованны, что их произведения мы ждем, и они нам всегда интересны.

Я сам вспоминаю свой дебют в литературе. Помню, с каким интересом ко мне и моим друзьям относились Радий Петрович Погодин, Николай Иванович Сладков. Им было очень важно узнать, кто мы такие, будем ли мы продолжать детгизовские литературные традиции.

А можно ли выделить какие-то общие тенденции в современной детской литературе?

Сейчас расцвет подростковой прозы. Раньше был страшный дефицит. Я помню с совещаний: выступают Анатолий Георгиевич Алексин (прим. ред. — русский прозаик, драматург) или Альберт Анатольевич Лиханов (прим. ред.

— автор подростковой прозы, журналист, председатель Российского детского фонда) и вопрошают: «А где произведения о современной школе? Почему их нет? Мы их ждем-ждем».

Проходит год, и снова — а где произведения о современной школе?

На самом деле они всегда были, писались, но их не так охотно брали издательства. Помню 90-е годы, когда у нас вообще книжки для детей почти не выходили. В основном были переиздания. Но возникли какие-то переводы.

Появилось издательство «Самокат», которое стало издавать зарубежную литературу, в основном прозу. Причем не какую-нибудь, а произведения тех писателей, которые входят в школьную программу той или иной страны, которые получили признание и награждены какими-то премиями.

И так русский читатель впервые познакомился с произведениями Ульфа Старка, Леены Крун, Жана Клода Мурлева. И они стали пользоваться очень большой популярностью.

А потом издательства проснулись и начали печатать уже наших писателей, которые пишут о современной школе, о современной жизни.

Значит, современным подросткам повезло: они могут почитать о себе?

Безусловно. В 80-е годы я работал в журнале «Костер», который тогда выходил тиражом 1,5-2 млн экземпляров (сейчас даже трудно представить себе, что это возможно). Ленинградская типография Ивана Федорова даже не успевала отпечатать весь тираж, и половина тиража печаталась в Киеве.

И в 12-м номере мы всегда печатали читательскую анкету. Один и вопросов этой анкеты звучал так: «О ком или о чем ты бы хотел прочитать в новом году?» 90% отвечали: «О себе и своих друзьях». То есть им очень важно свои ощущения сверить с книгой, в которой рассказано о переживаниях сверстников.

Сейчас такие произведения есть.

Назовите, пожалуйста, несколько современных молодых авторов, на которых, по-вашему, стоило бы обратить внимание?

Андрей Жвалевский и Женя Пастернак, например. Столько жизни реальной, непридуманной в их произведениях. Ася Петрова замечательно пишет. Тамара Михеева из Челябинска, Аделя Амраева из Алма-Аты, Юлия Кузнецова из Москвы, Елена Липатова (живет в Нью-Йорке).

Сергей Анатольевич, а как вы сами начали писать? И почему именно для детей?

Я начинал с взрослых стихов, как многие. Потом поступил в Литературный институт, переехал из Ленинграда в Москву. Был семинар Льва Ивановича Ошанина. Он был очень хорошим руководителем, у него очень хорошее чувство слова, рифмы, мгновенно улавливал какие-то твои ошибки. Да и сам он большой мастер. Песни Ошанина стали народными — «Эх, дороги», «Течет река Волга».

А я все искал эту свою интонацию, найти не мог. Это было трудно, когда ты окружен огромной, вдруг свалившейся на тебя литературой — Маяковский, Мандельштам, Ахматова, Пастернак. И у всех разные голоса.

Возникает такой шум в голове. И ты то туда начинаешь клониться, то в другую сторону. И вдруг у меня появились какие-то несерьезные строчки, я еще даже не думал, что они детские.

И я со счастьем обнаружил, что никому не подражаю.

Мне легко писать, я говорю своим голосом. И начал понемногу печататься. Моя первая публикация в газете «Московский комсомолец» — стихотворение «Щенок».

А потом уже после института я вернулся в Ленинград, стал работать корреспондентом газеты «Ленинские искры», потом пригласили в журнал «Костер», стали приглашать на всесоюзные совещания писателей.

Как-то вошел в эту обойму, меня стали печатать. Первая книжка «Здравствуй, день» вышла в 1985 году.

А над чем сейчас работаете?

Скоро должна выйти моя новая книга «Пирожки с капустой, или Книга о вкусной и веселой пище». Это не кулинарная книга, это очень веселая книга о еде.

Там про картошку, про винегрет, про горячие бутерброды, в общем, про те блюда, которые и самим детям по силам. И там много всяких подверсток, например, почему хот-дог так называется. Или откуда взялось выражение «первый блин комом».

Мы делаем эту книгу с иллюстратором Ксенией Почтенной, которая рисовала «Вирус ворчания».

Иллюстраторов вы сами выбираете?

Читайте также:  Сладков. подводные ежи

Когда ты молод, ты не очень можешь влиять на политику издательств. Они сами выбирают художника по разным причинам: кто-то в очереди стоит на иллюстрирование, например. Одно время мне не везло с иллюстраторами.

В 90-е годы выходили мои книги, не очень умело сделанные. А потом издательство «Белый город» выпустило мою повесть о Рембрандте. И там было много репродукций.

И я ходил с этой книжкой и хвастался, что наконец-то меня нарисовал хороший художник.

А сейчас с твоим мнением считаются. Последнюю мою книжку «Я видел директора в тапках» рисовала Надя Борисова. Она молодая художница, но я уже не первый автор, кого она нарисовала.

А до этого вышла книжка «За мелом», ее удивительно сделала Катя Толстая, замечательный наш книжный график. Она очень умело ее сконструировала, это очень важно.

Там три раздела, первый называется «Голоса реки», где герой совсем маленький, и она сделала все рисунки с преобладанием зеленого цвета — человек еще совсем зеленый, цвет открытий, радости, лета. Второй раздел — синенький, когда герой идет в школу. Синий цвет умный, приглашает к размышлению.

А заканчивается тревожным разделом — красным, когда герой становится старше и обнаруживает, что мир не так благополучен, как мама с папой когда-то ему обещали.

А как нужно рассказывать детям о том, что мир не так благополучен? Детский писатель обо всем может говорить со своим читателем? Или есть какие-то запретные темы?

Я считаю, что говорить можно обо всем. Если писатель талантлив, то он не навредит. Он эту грань обязательно чувствует. В зарубежной подростковой литературе существуют такие реалии, которые у нас до некоторого времени считались не очень допустимыми. Хотя сейчас я наблюдаю процесс некоторого взросления детской литературы.

Например, лауреатом Михалковского конкурса три года назад стал Эдуард Веркин с повестью «Мой друг апрель». Там есть очень жесткие вещи: и наркомания, и пьянство, и тюрьма, и оружие, и попрошайничество. Я даже не уверен, детская ли это проза, но вот получила премию на конкурсе детской литературы.

Я сам пишу сейчас одну повесть, там тоже есть жесткие вещи. Там, конечно, нет никакой ненормативной лексики, я считаю, что это совершенно необязательно, русский язык такой богатый, что без этих уступок обходится. Но сама эта атмосфера во многом такая нерадостная. Хотя все равно ее надо писать с ощущением счастья.

Вы часто встречаетесь с детьми, любите фотографировать их умные глаза и искренние улыбки. Какие вопросы они задают вам на встречах?

Один мальчик меня спросил: «Когда самолет идет на посадку, а в нем летит муха, закладывает ли у нее уши?». Я вставил это в рассказ «Ты мог бы без меня обойтись?» из «Вируса ворчания». Другая девочка, уверенная в том, что проживет еще тысячу лет, спросила: «Каким вы будете в 30-м веке?» Я написал:

В каком-нибудь тридцатом веке

Мы будем древними, как греки.

Нас в обязательном порядке

Всю четверть будут проходить.

И наши школьные тетрадки

Всех будут в трепет приводить.

И кто-то, взяв диктант Петрова

И разобрав с трудом слова,

Воскликнет: «В древности корова

Писалась через букву «а».

В Магнитогорске мальчик спросил: «А почему вы выбрали себе такой талант?»

Что бы вы пожелали своим читателям на Новый год?

Я желаю всем детям, особенно маленьким, чтобы они не забывали, что они все без исключения талантливы. Мы часто встречаем в жизни взрослых, которым уже ничего не надо, ничего не интересно. Они скучны и нелюбопытны. Почему они такими стали? Они просто забыли, что были талантливы. Я призываю всех своих маленьких собеседников никогда не забывать об этом!

Фото из личного архива С. А. Махотина

kidsbookia.ru

Где учились мастера? Яснов и Махотин о литературной учебе

Михаил Яснов, Сергей Махотин. Семинар «ДЕТГИЗа», 2016

Продолжаю рассказывать о фестивале «Молодые писатели вокруг ДЕТГИЗа», который прошел 6-8 октября 2016 года в Петербурге. Предыдущий материал был посвящен дискуссии о литературной критике, а сегодня узнаем, у кого и как учились писать для детей наши мастера — Михаил Яснов и Сергей Махотин.

  Вот уже восемь лет издательство «ДЕТГИЗ» собирает молодых русскоязычных детских писателей на ежегодный литературный семинар. Это одна из немногих бесплатных возможностей для тех, кто пробует себя в детской литературе (о других курсах и семинарах я писала в материале «Где учиться на детского писателя»).

 

Семинар «ДЕТГИЗа», 2016. Фото Сергея Махотина

Семинар «ДЕТГИЗа», 2013. Наталья Савушкина, Анастасия Орлова. Фото Сергея Махотина

Свою задачу фестиваль выполняет и даже перевыполняет. Это толчок, поддержка, учеба и так необходимая детским писателям площадка для общения. «Выпускники» семинара, уже состоявшиеся писатели, с удовольствием возвращаются на фестиваль, чтобы увидеться с друзьями, поговорить о важном и поделиться опытом. Обсуждается и разбирается каждая рукопись, причем тактично и доброжелательно.  

А как и у кого учились сегодняшние классики? 

Об этом я попросила рассказать бессменных руководителей семинара Михаила Яснова и Сергея Махотина.

Михаил Яснов Поэт, переводчик с французского, автор более 60 книг для детей («Детское время», «Чучело-Мяучело», «Носомот с Бегерогом», «Путешествие в Чудетство», «Мама, смотри на меня!» и др.), более 50 книг переводов. Составитель сборников произведений современных детских писателей («Колесо обозрения» и др.).

Лауреат премий им. Маршака и им. Чуковского, премии правительства Российской Федерации за стихи для детей. В 1970 году окончил вечернее отделение филологического факультета ЛГУ им. Жданова. Параллельно работал в издательстве, прошел путь от грузчика до старшего редактора.

Из книги Михаила Яснова «Носомот с бегерогом». Худ.

Геннадий Ясинский

Михаил Яснов: «На меня сильнейшее впечатление произвела первая книга Вадима Левина «Глупая лошадь», которая вышла в 1969 году. Тогда я и не думал, что буду заниматься детской литературой, но вдруг увидел на фоне усредненной поэзии нечто необычное, неожиданное. Это меня очень обрадовало.

Первые стихи для детей я написал в начале 70-х — и только после того, как уже довольно много прочитал: например, Хлебникова (он, конечно, не детский поэт, но дает потрясающую возможность понять, что такое словесная игра и как устроен язык), всех наших любимых обэриутов (Даниил Хармс, Александр Введенский и др).

Маршака я, к сожалению, никогда не видел, но на Маршаке я рос, моей первой азбукой была «Азбука» Маршака. 

Источник: https://kinderbooks.ru/stihi/mahotin-stihi-dlya-detej.html

Ссылка на основную публикацию