Юлия жадовская «нива»

Читать Бабушкина книжка

Юлия Жадовская «Нива»

Бабушкина книжка

Сборникъ стиховъ для д?тей.

Изданіе Т-ва И. Д. Сытина

У Оли была бабушка, а у бабушки — большая хорошая книжка съ картинками.

И часто-часто Оля забиралась къ бабушк? на кол?ни и съ жадностью слушала разсказы и стихи, которыхъ было такъ много въ бабушкиной книжк?.

Особенно любила она стихи, которые почти вс? знала наизусть.

Нер?дко забирала съ собой Оля и «д?токъ», своихъ куколокъ, Таню и Ваню.

— Пусть и он? послушаютъ, — говорила она бабушк?.—A когда вырасту, сама стану читать.

Ол? очень хот?лось поскор?е вырасти, что бы самой читать вс? хорошія книжки.

— Ц?лые дни буду сид?ть за столомъ съ книгой, — ув?ряла она бабушку.

Стихи, которые она знала наизусть, зд?сь и напечатаны.

Нива

Нива.

Нива моя, нива,

         Нива золотая!

Зр?ешь ты на солнц?,

Колосъ наливая.

         По теб? отъ в?тру,

         Словно въ синемъ мор?,

         Волны такъ и ходятъ,

         Ходятъ на простор?.

Надъ тобою съ п?сней

Жаворонокъ вьется;

Надъ тобой и туча

Грозно пронесется.

         У неси ты, в?теръ,

         Тучу градовую,

         Сбереги намъ, Боже,

         Ниву трудовую!

Ю. Жадовская.

Зайка

Маленькому зайчику

         На сырой ложбинк?

Л?томъ глазки т?шили

         Б?лые цв?точки.

Осенью расплакались

         Тонкія былинки.

Лапки наступають

         На желтые листочки.

Хмурая, дождливая

         Наступила осень.

Всю капусту сняли,

         Нечего украсть.

Б?дный зайчикъ прыгаетъ

         Возл? голыхъ сосенъ.

Страшно въ лапы волку

         С?рому попасть.

Думаетъ о л?т?,

         Прижимаетъ ушки,

На небо косится,—

         Неба не видать!

Только бъ потепл?е,

         Только бы посуше,

Очень непріятно

         По вод? ступать.

А. Блокъ.

Мужичокъ съ ноготокъ

«Ну, мертвая!»

Однажды въ студеную зимнюю пору

Я изъ л?су вышелъ; былъ сильный морозь.

Гляжу: поднимается медленно въ гору

Лошадка, везущая хворосту возъ.

И, шествуя важно, въ спокойствіи чинномъ,

Лошадку ведетъ подъ уздцы мужичокъ,

Въ большихъ сапогахъ, въ полушубк? овчинномъ,

Въ большихъ рукавицахъ… а самъ — съ ноготокъ!

«Здорово, парнище!» — «Ступай себ? мимо!» —

«Ужъ больно ты грозенъ, какъ я погляжу!

Откуда дровишки?» — «Изъ л?су, в?стимо:

Отецъ, слышишь, рубитъ, а я отвожу».

(Въ л?су раздавался топоръ дровос?ка.)

«А что у отца-то большая семья?»

— «Семья-то большая, да два челов?ка

Всего мужиковъ-то: отецъ мой… да я»…—

«Такъ вотъ оно что! А какь звать тебя?» — «Власомъ».—

«А кой теб? годикъ?» — «Шестой миновалъ…

Ну, мертвая!» крикнулъ малюточка басомъ,

Рванулъ подъ уздцы и быстр?й зашагалъ.

Н. Некрасовъ.

Весна

Изь — за моря синяго

Къ намъ пришла весна.

Б?лыя березаньки

Встали ото сна.

Од?ваться начали

Въ праздничный нарядъ,

И стоятъ зеленыя,

Тихо шелестятъ!

Цв?точекъ

Аленькій цв?точекъ

Цв?лъ въ зеленомъ пол?.

Алому цв?точку

Хорошо на вол?.

Налет?ла буря,

Сталъ денекъ, что ночка.

Пролет?ла буря,

И ужъ н?тъ цв?точка!

Зима

Вотъ б?гаетъ дворовый мальчикъ

Въ салазки Жучку посадивъ.

Зима!.. Крестьянинъ, торжествуя,

На дровняхъ обновляетъ путь;

Его лошадка, сн?гъ почуя,

Плетется рысью, какъ-нибудь.

         Бразды пушистыя взрывая,

         Летитъ кибитка удалая.

         Ямщикъ сидитъ на облучк?,

         Въ тулуп?, въ красномъ кушак?.

Вотъ б?гаетъ дворовый мальчикъ,

Въ салазки Жучку посадивъ,

Себя въ кони преобразивъ.

         Шалунъ ужъ заморозилъ пальчикъ,

         Ему и больно и см?шно,—

         А мать грозитъ ему въ окно.

А. Пушкинъ.

Источник: http://online-knigi.com/page/227372

Юлия Жадовская

    Жадовская Юлия Валериановна (1824 — 1883) – русская поэтесса и писательница, одна из самых одаренных творческих женщин своей эпохи.

    Юлия родилась в Ярославской губернии в дворянской семье. При рождении у нее выявились серьезные физические недостатки – не было кисти на левой руке, всего 3 пальца на правой, плохое зрение. На четвертом году жизни девочка лишилась матери, после чего некоторое время воспитывалась у тетки, очень увлекавшейся литературы.

Поступив в пансион Прево-де-Люмен. Здесь девушка с увлечением занималась русским языком, литературой под руководством учителя А. Ф. Акатова. Впоследствии отец нанял ей в качестве домашнего учителя преподавателя и писателя Л.М.Перевлесского, который рекомендовал Юлии всерьез заняться литературным трудом.

Тайно от ученицы Перевлесский отправил в Москву ее стихотворение «Водяной», которое в 1844 г. было напечатано в «Москвитянине».

Постепенно, благодаря поэтическим опытам, между Жадовской и Перевлесским возникли любовные чувства, однако отец Юлии был категорически против их отношений, и разлука с любимым человеком стала для Жадовской первым душевным испытанием… 

    Отец, тем не менее, хотел дать ход поэтическому дарованию дочери, поэтому предпринял с ней путешествие в обе российские столицы. В Москве Юлия познакомилась с М. П. Погодиным, напечатавшим в «Москвитянине» несколько её стихотворений. В Петербурге она сдружилась с князем П. А.Вяземским, Э.И.Губером, А.В.Дружининым, И.С.

Тургеневым и другими писателями. В 1846 г. Жадовская издала свои стихотворения, давшие ей известность. В 1858 г. вышел ее второй сборник.

Ее лирика была посвящена любви и одиночеству, созерцанию природы, смирению с судьбой, надежде на небесное блаженство после горестной земной жизни…Более поздние стихи понимают проблему бесправия женщин, унижения крестьянства.

Поэт и критик Добролюбов после знакомства со сборником причислил его «к лучшим явлениям нашей поэтической литературы последнего времени». «Задушевность, полная искренность чувства, и спокойная простота его выражения» — вот, по его мнению, главные достоинства стихотворений Жадовской.

Белинский, в свою очередь, упрекал поэтессу за слишком «неземное» творчество, оторванное от реальности. Стит отметить, что некоторые стихи Жадовской были положены на музыку и стали популярными песнями.

Жадовская также писала и прозу – романы («В стороне от большого света», «Женская история»), повести («Простой случай», «Отсталая»), однако большого успеха они не имели. Последние годы она не занималась творчеством, что было связано со сложными семейно-бытовыми условиями (она ухаживала за тяжело больным отцом и супругом – престарелым доктором, у которого после смерти жены осталась большая осиротевшая семья). Скончалась поэтесса в селе Толстиково Костромской губернии.

     Интересная статья о жизни Ю.Жадовской есть на сайте-форуме Олега Погудина (страница http://pogudin-oleg.ru/forum/10-646-1). Рекомендую всем, кто заинтересуется творчеством талантливой поэтессы.

 ЗАКОЛДОВАННОЕ СЕРДЦЕ

Что тебя обманывать напрасно:

Нет, не верь волненью моему!

Если взор порою вспыхнет страстно,

Если руку я тебе пожму, —

Знай: то прежних дней очарованье

Ты во мне искусно пробудил;

То другой любви воспоминанье

Взор мой вдруг невольно отразил.

Друг мой! Я больна неизлечимо —

Не тебе недуг мой исцелить!

может быть, могу я быть любима,

Но сама уж не могу любить!

Говорят, есть в свете злые люди,

Колдовства имеют страшный дар;

Никогда не вырвать уж из груди

Силы их неотвратимых чар;

Говорят, что есть слова и речи —

В них таится чудный заговор:

Говорят, есть роковые встречи,

Есть тяжелый и недобрый взор…

Видно, в пору молодости страстной,

В самом лучшем цвете бытия,

Я сошлась с волшебником опасным, —

Той порою сглазил он меня…

Произнес таинственное слово,

Сердце мне навек заговорил,

И недугом тяжким и суровым

Жизнь мою жестоко отравил…

                                                (1847)

НИВА

Нива, моя нива,

Нива золотая!

Зреешь ты на солнце,

Колос наливая,

По тебе от ветру, —

Словно в синем море, —

Волны так и ходят,

Ходят на просторе.

Над тобою с песней

Жаворонок вьется;

Над тобою и туча

Грозно пронесется.

Зреешь ты и спеешь,

Колос наливая, —

О людских заботах

Ничего не зная.

Уноси ты ветер,

Тучу градовую;

Сбереги нам, боже,

Ниву трудовую!..

                         (1847)

***

Ночь. Всё тихо. Только звезды

Неусыпные блестят

И в струях реки зеркальной

И мелькают, и дрожат;

Да порою пробегает

Легкий трепет по листам

Или сонный жук лениво

Прожужжит привет цветам.

Полно нам с тобой так поздно

Под деревьями сидеть

И с мечтой неисполнимой

Грустно на небо смотреть

И, как детям, любоваться

И звездами, и рекой:

О другом давно пора уж

Нам подумать бы с тобой.

Посмотри, ведь ты седеешь,

Да и я уж не дитя;

Путь далек, притом не гладок, —

Не пройдешь его шутя!

И не вечно будут звезды

Нам так ласково сверкать:

То и жди, беда, как туча,

Набежит на нас опять…

Вот и надобно подумать,

Чтобы нас она врасплох

Не застала, чтоб рассудок

Силы нам собрать помог,

Чтоб взглянуть в глаза несчастью

Читайте также:  Спортивный праздник в старшей группе детского сада

С думой смелой и прямой,

Чтоб не пасть нам перед горем,

А возвыситься душой…

                                 (1848)

 

И.Н.Крамской. «Лунная ночь».

Н.А.НЕКРАСОВУ

Стих твой звучит непритворным страданьем,

Будто из крови и слез он восстал!

Полный ко благу могучим призваньем,

Многим глубоко он в сердце запал.

Он неприятно счастливцев смущает

Гордость и спесь восстают из него;

Он эгоизм глубоко потрясает, —

Верь мне — не скоро забудут его!

Льнут к нему чутким, внимательным ухом

Души, измятые жизни грозой;

Внемлют ему все, скорбящие духом,

Все, угнетенные сильной рукой…

                                                       (1848)

 ***

После долгой тяжелой разлуки,

При последнем печальном свиданьи,

Не сказала я другу ни слова

О моем безутешном страданьи;

Ни о том, сколько вынесла горя,

Ни и том, сколько слез пролила я,

Как безрадостно целые годы

Понапрасну его все ждала я

Нет, лишь только его увидала,

Обо всем, обо всем позабыла;

Не могла одного позабыть я —

Что его беспредельно любила…

                                                   (1858)

 

 Жадовская похоронена на кладбище села Воскресенье Буйского района Костромской области. Фото со страниц http://bmr44.ru/photos/49.html  и http://pogudin-oleg.ru/forum/10-646-1

Источник: http://galandroff.blogspot.com/2013/05/blog-post_21.html

Жадовская Юлия Валериановна

Юлия Валериановна Жадовская родилась 29 июня (11 июля) 1824 г. в с. Субботине Любимского уезда Ярославской губернии в семье чиновника особых поручений при ярославском губернаторе2.

Он стал руководить её занятиями и развивать её эстетический вкус. Молодой учитель и его ученица влюбились друг в друга, но отец Жадовской не хотел и слышать о браке дочери с бывшим семинаристом.

Гоголь и Юлия Жадовская

Узнав, однако, о поэтических опытах дочери, отец повез её в Москву и в Петербург, чтобы дать ход её дарованию. Прозаические произведения Жадовской значительно уступают её стихотворениям. Повесть «Отсталая» ещё более проникнута духом 1860-х, но ни она, ни «Женская история» успеха не имели; это огорчило Жадовскую и она совсем перестала писать.

Полное собрание сочинений Жадовской в четырех томах было издано её братом П. В. Жадовским (СПб., 1885-1886). Родилась калекой, без левой руки и с тремя пальцами на правой. Любовь между воспитателем и воспитанницей была грубо прервана отцом, не пожелавшим видеть в доме «плебея», и оставила глубокую рану в душе юной девушки, определила основной мотив ее лирики.

Любовная лирика Юлии Жадовской

Помимо «Москвитянина» печатается в «Библиотеке для чтения», «Сыне Отечества» и др. изданиях. Ее первый поэтический сборник напоминает лирический дневник, в котором отражена история возникновения, расцвета и увядания любовного чувства.

Глубокими религиозными мотивами проникнуты стихотворения «Искушение», «Молитва», «Стремление» и др. Критики отмечали в ее стихах «чистую поэзию чувств». К н.

1850-х в поэзии Жадовской расширяется тематический диапазон, появляется социальная тема, в лирику входит народная жизнь, фольклорные песенные интонации. Лучшие ее стихи «Нива» (1857; положена на музыку А. Т.

Гречаниновым), «Грустная картина!» (1848) вошли в классику русской поэзии и постоянно включались в детские хрестоматии.

Оплакивание первой любви, воспоминания о разбившихся надеждах — основные мотивы стихотворений Жадовской. В 1843 г. в журнале «Москвитянин», издаваемым М. П.

Погодиным, было напечатано одно из первых ее стихотворений, которое было не только замечено Гоголем, но и переписано его рукой1. Никакие житейские надежды Юлии не осуществятся, зато творческие сбудутся.

Отец ее — Валериан Никандрович Жадовский — в прошлом морской офицер, выйдя в отставку, женился на Александре Ивановне Готовцевой.

Биографии писателей и поэтов

Александра Ивановна со всей силой материнской любви привязалась к Юлии, отец же был раздосадован на ее уродство и редко общался с ребенком. Вошел Валериан Никандрович.

Юлию взяла к себе в имение Панфилово Костромской губернии бабушка — Настасья Петровна Готовцева. По исполнении 16 лет отец увез Юлию в Ярославль. Тогда Юлия и начала писать стихи, не всегда удачные, но среди них есть и маленькие шедевры.

Здесь выражено кредо Жадовской, которое, возможно, было близко и Гоголю.

Спевякина Д. В. сотрудник Центральной городской библиотеки — мемориального центра «Дом Н. В. Гоголя» / 2008

Юлия тяжело переживает свое горе, одиночество, потерю любимого человека, но во всех своих бедах винит безжалостный рок, а не отца. Она навсегда останется послушной и кроткой дочерью. Для маленькой Анастасии Юлия Валериановна очень скоро становится всем — и матерью, и советчицей, и воспитательницей, и ближайшей подругой.

В 1846 г. в Петербурге вышел первый сборник ее стихотворений, благосклонно встреченный читателями и критикой. Ю. В. Жадовская тем не менее с благодарностью вспоминала В. Г. Белинского: «Он один умел, хотя и резко, но верно обозначить достоинство того или другого произведения.

Валериан Никандрович благодаря Юлии ушел из жизни как настоящий христианин, со всеми примирившись и простившись

В 1858 г. вышел в свет новый поэтический сборник Жадовской. Тогда же произошло еще одно важное событие в ее жизни, событие, которого она боялась и ждала. В Москве на одном из литературных вечеров Ю.

В. Жадовская и П. М. Перевлесский встретились. Они говорили в течение 15 минут. Ночью Юлия записала в дневнике: «Возможно, отец был прав»8. Главное место в творчестве Жадовской занимает любовная лирика.

Добролюбов отметил ее роман «В стороне от большого света»10, романом «Женская история» еще в рукописи заинтересовался Достоевский и в 1861 г. опубликовал его в своем журнале «Время».

Ею руководила не любовь, а чувство сострадания, как уже не раз было в ее жизни, Юлия жертвовала собой ради других.

Севен, обрусевший немец, был старинным другом семьи Жадовских, существенно старше ее, вдовцом с пятерыми детьми на руках, которых надо было воспитать и дать образование.

Перед смертью он со слезами просил Юлию о прощении, завещав ей все свое состояние. В последние годы жизни Ю. В. Жадовская отошла от активной творческой деятельности. Но в последние годы жизни у Ю. В. Жадовской значительно ухудшилось зрение, ее мучали сильные головные боли и тахикардия.

Наиболее ценная часть литературного наследия Жадовской Юлии Валериановны — лирика. 28 июля (9 августа) 1883 года Юлия Жадовская умерла. Лирика Юлии Жадовской может быть издана с таким названием, поэтому ее стихи помнят и сейчас.

Источник: http://kalavalapi.ru/zhadovskaya-yuliya-valerianovna/

Стихи: Юлия Жадовская: Жадовская Юлия Валериановна

Жадовская Юлия Валериановна (29 июня (11 июля) 1824, с. Субботино Любимского уезда Ярославской губернии, — 28 июля (9 августа) 1883, с. Толстиково Костромской губернии) — русская писательница, поэтесса.

Родилась в дворянской семье чиновника особых поручений при ярославском губернаторе. Девочка родилась с плохим зрением, без кисти левой руки, на короткой правой было всего три пальца. А на четвертом году она осталась еще и сиротой потеряв мать. Воспитывалась у бабушки, потом у тётки, А. И.

Корниловой, женщины образованной, страстно любившей литературу и помещавшей статьи и стихотворения в изданиях двадцатых годов XIX века. Через год она определила племянницу в пансион Прево-де-Люмен. Здесь девушка с увлечением занималась русским языком, литературой под руководством учителя А. Ф.

Акатова, но в целом преподавание в пансионе ее не удовлетворяло, о чем она и сообщила своему отцу.

Отец вызвал дочь в Ярославль, пригласил в качестве домашнего учителя молодого, талантливого преподавателя ярославской гимназии Л. М. Перевлесского, который и сам увлекался литературой.

Он был доволен успехами своей ученицы, особенно по сочинениям, и по его совету она тайно от отца начала писать стихи. Некоторые первые опыты были неудачными, но среди них было и стихотворение «Лучший перл таится», которое позже высоко оценил Добролюбов.

Тайно от ученицы Перевлесский отправил в Москву ее стихотворение «Водяной», которое в 1844 г. было напечатано в «Москвитянине».

Молодой учитель и его ученица влюбились друг в друга, но отец Жадовской не хотел и слышать о браке дочери с бывшим семинаристом. Кроткая девушка беспрекословно покорилась воле отца и, расставшись с любимым человеком, до конца жизни осталась верна его памяти. Узнав, однако, о поэтических опытах дочери, отец повез её в Москву и в Петербург, чтобы дать ход её дарованию.

В Москве Жадовская познакомилась с М. П. Погодиным, напечатавшим в «Москвитянине» насколько её стихотворений. В Петербурге она познакомилась с князем П. А. Вяземским, Губером, А. В.

Дружининым, Тургеневым, Розенгеймом и другими писателями. В 1846 Жадовская издала свои стихотворения, давшие ей известность. Позже, во время вторичного пребывания в Москве, она познакомилась с Хомяковым, Загоскиным, И. С.

Аксаковым и другими славянофилами, однако сама славянофилкой не стала.

Вторая книга стихов Жадовской вышла в 1858. Также она печаталась в журналах «Москвитянин», «Русский вестник», «Библиотека для чтения», «Время» и др. В. Г. Белинский, отмечая поэтический талант Жадовской, упрекал ее за уход от действительности в область бесплодных мечтаний.

Лучшие стихи Юлии Жадовской посвящены теме любви («Мне грустно», «Теперь не то», 1845, «Взгляд», «Ошибка», «Я вновь полна чудесных звуков», 1847, «Никто не виноват», 1848, и др.

), изображению природы («Приближающаяся туча», «Вечер и утро», 1845, «Ночь» 1846, «Миг обновления», 1850, «Тихо я одна бреду по саду», 1857).

Читайте также:  Рассказы сергея аксакова

Живя исключительно сердцем, сохранив до конца жизни бесхитростную веру, какая встречается в народе, Жадовская стояла на одном уровне с большинством образованных женщин своего времени, отличаясь от них лишь большей начитанностью и литературным талантом.

Разделяя судьбу этих женщин, она испытала на себе тяжёлый гнёт, разбивший жизнь многих из них. При крайней субъективности своего таланта, Жадовская изображала в своих произведениях одну и ту же героиню — себя.

Мотивы её стихотворений — оплакивание любви, задушенной в её расцвете, воспоминания о любимом человеке, смиренное преклонение перед судьбой, созерцание всепримиряющей природы, надежда на небесное счастье и горькое сознанье пустоты жизни.

Некоторые стихи Жадовской стали популярными песнями («Нива, моя нива, нива золотая»), были положены на музыку М. И. Глинкой («Ты скоро меня позабудешь», 1845), А. С. Даргомыжским («Я все еще его, безумная, люблю», 1846). Н. А. Добролюбов и Д. И. Писарев высоко оценили задушевность и простоту поэзии Юлии Жадовской.

Прозаические произведения Жадовской значительно уступают её стихотворениям. В первой её повести — «Простой случай» (1847) — изображена несчастная любовь молодой девушки-дворянки и бедного гувернёра, служащего в доме её отца.

Роман «В стороне от большого света» («Русский вестник», 1857) основан на той же ситуации: молодая девушка из помещичьей семьи влюбляется в бедного учителя из семинаристов — и опять молодые люди расстаются, не смея и помыслить о браке.

В 1858 вышло новое издание стихотворений Жадовской, а в 1861 появились в журнале «Время» её роман и повесть, на которых отразился дух времени.

В первом, под названием «Женская история», героиней является девушка, ищущая самостоятельного труда и помогающая своей кузине, богатой невесте, выйти замуж за бедного человека, несмотря на сопротивление родных. Повесть «Отсталая» ещё более проникнута духом 1860-х, но ни она, ни «Женская история» успеха не имели; это огорчило Юлию Жадовскую и она почти перестала писать.

В последние годы жизни Жадовская совсем отошла от творческой деятельности. Это объясняется тяжелыми и сложными семейно-бытовыми условиями. Когда у друга их семьи престарелого ярославского доктора К. И.

Севена умерла жена, Жадовская отчасти чтобы избавиться от опеки отца, пожертвовала собой и вышла за него замуж, чтобы воспитать осиротевших детей и окружить заботой и вниманием старого доктора. Кроме того, в течение пяти лет она ухаживала за тяжело больным отцом.

Вскоре после смерти отца заболел и умер муж, оставив на ее попечение большую семью. А в последние годы значительно ухудшилось ее зрение.

28 июля (9 августа) 1883 года Юлия Жадовская умерла.

Источник: http://ouc.ru/zhadovskaya/

Жадовская Юлия Валериановна — Избранные стихотворения

   СОДЕРЖАНИЕ:

   * Ты скоро меня позабудешь

   * Взгляд

   * Я все еще его, безумная, люблю

   * Любви не может быть меж нами

   * Ах, бабушкин сад!

   * Много капель светлых

   * Тяжелый час

   * До свидания

   * Прощай

   * Не твердил он мне льстивых речей

   * Тихо я бреду одна по саду

   * Н. А. Некрасову

   * Нива

   * После долгой тяжелой разлуки

   * Нет, никогда поклонничеством низким

   * Люди много мне болтали

   * Заколдованное сердце

   * Не зови меня бесстрастной

   * Посев

   * Милосердный самарянин

   * Молитва к Божией Матери

   * Меня гнетет тоски недуг

   ПРИЛОЖЕНИЕ:

   Каролина Павлова «Прочтя стихотворения молодой женщины…»

   ==========================================

  * * *

   Ты скоро меня позабудешь,

   Но я не забуду тебя;

   Ты в жизни разлюбишь, полюбишь,

   А я — никого,никогда!

   Ты новые лица увидишь

   И новых друзей изберешь;

   Ты новые чувства узнаешь

   И, может быть, счастье найдешь.

   Я — тихо и грустно свершаю,

   Без радостей, жизненный путь;

   И как я люблю и страдаю —

   Узнает могила одна!

   1844

  Взгляд

   Я помню взгляд, мне не забыть тот взгляд! —

   Он предо мной горит неотразимо:

   В нем счастья блеск, в нем чудной страсти яд,

   Огонь тоски, любви невыразимой.

   Он душу мне так сильно волновал,

   Он новых чувств родил во мне так много,

   Он сердце мне надолго оковал

   Неведомой и сладостной тревогой!

   1847

   * * *

   Я все еще его, безумная, люблю!

   При имени его душа моя трепещет;

   Тоска по-прежнему сжимает грудь мою,

   И взор горячею слезой невольно блещет.

   Я все еще его, безумная, люблю!

   Отрада тихая мне душу проникает,

   И радость ясная на сердце низлетает,

   Когда я за него создателя молю.

   1846

  * * *

   Любви не может быть меж нами:

   Ее мы оба далеки;

   Зачем же взглядами, речами

   Ты льешь мне в сердце яд тоски?

   Зачем тревогою, заботой

   С тобой полна душа моя?

   Да, есть в тебе такое что-то,

   Чего забыть не в силах я;

   Что в день печали, в день разлуки

   В душе откликнется не раз,

   И старые пробудит муки,

   И слезы вызовет из глаз.

   1848

  * * *

   Ах, бабушкин сад!

   Как счастлив, как рад

   Тогда я бывал,

   Как в нем я гулял,

   Срывая цветы

   В высокой траве,

   Лелея мечты

   В моей голове…

   Ах, бабушкин сад!

   Живой аромат

   Цветущих кустов;

   Прохладная тень

   Высоких дерев,

   Где вечер и день

   Просиживал я,

   Где сладко меня

   Лелеяла тень…

   Ах, бабушкин сад!

   Как был бы я рад

   Опять погулять

   Опять помечтать

   В заветной тени,

   В отрадной тиши —

   Все скорбные дни,

   Все горе души

   На миг позабыть,

   И жизнь полюбить

  * * *

   Много капель светлых

   В сине море падает;

   Много искр небесных

   Людям посылается.

   Не из каждой капли

   Чудно образуется

   Светлая жемчужина,

   И не в каждом сердце

   Искра разгорается

   Пламенем живительным!

   Тяжелый час

   Что чувствовала я в минуту роковую,

   И сколько я в тот час перестрадала —

   То знает бог, то знает это сердце!

   Казалось, все во мне убито было;

   Способность лишь страдать одна мне оставалась —

   Способность жалкая! Я все пережила…

   Я думаю, что самый смерти час

   Не может быть труднее и ужасней.

   Смерть — что она? Покой, забвенье, сон,

   Блаженство, может быть…а в ту минуту

   Ни умереть и ни уснуть я не могла!

  До свидания

   Не говори, не повторяй

   Мне слова страшного «прощай»;

   Отравой горького сознанья

   Моей души не помрачай,

   С улыбкой руку мне подай

   И тихо молви: «до свиданья».

   Прощай

   Прощай! Не нужно мне участья:

   Не жалуюсь, не плачу я,

   Тебе — вся прелесть бытия,

   Тебе — весь блеск земного счастья,

   Тебе — любовь, тебе — цветы,

   Тебе — все жизни наслажденья; —

   Мне — сердца тайные мученья

   Да безотрадные мечты.

   Прощай! Пришла пора разлуки…

   Иду в печальный долгий путь…

   Бог весть, придется ль отдохнуть

   Мне здесь от холода и скуки!

  * * *

   Не твердил он мне льстивых речей,

   Не смущал похвалою медовой

   Но запало мне в душу навек

   Его резко-правдивое слово…

   Он по-своему как-то любил,

   Но любил он глубоко и страстно!

   Жизни он не считал никогда

   Глупой шуткой иди даром напрасным.

   Он порой предрассудки бранил,

   Но в душе его не было злобы;

   Слову честному, дружбе, любви

   Он был верен и предан до гроба.

   И хоть часто терзали его

   Неудачи, враги и сомненья,

   Но он умер с надеждой святой,

   Что настанет пора обновленья.

   Что поймет, наконец, человек

   Что идет он дорогой лукавой,

   И сознает неправду душой,

   И воротит на счастие право…

   Не твердил он мне льстивых речей,

   Не смущал похвалою медовой

   Но запало мне в душу навек

   Его резко-правдивое слово…

  * * *

   Тихо я бреду одна по саду,

   Под ногами желтый лист хрустит,

   Осень льет предзимнюю прохладу,

   О прошедшем лете говорит.

   Говорит увядшими цветами,

   Грустным видом выжатых полей

   И холодными, сырыми вечерами, —

   Всей печальной прелестью своей.

   Так тоска душе напоминает

   О потере наших лучших дней,

Читайте также:  Домашний кукольный театр для детей

   Обо всем, чего не возвещает

   Эта жизнь — жестокий чародей!

   Н.А. Некрасову

   Стих твой звучит непритворным страданьем,

   Будто из крови и слез он восстал!

   Полный ко благу могучим призваньем,

   Многим глубоко он в сердце запал.

   Он неприятно счастливцев смущает

   Гордость и спесь восстают из него;

   Он эгоизм глубоко потрясает, —

   Верь мне — не скоро забудут его!

   Льнут к нему чутким, внимательным ухом

   Души, измятые жизни грозой;

   Внемлют ему все, скорбящие духом,

   Все, угнетенные сильной рукой…

  Нива

   Нива, моя нива,

   Нива золотая!

   Зреешь ты на солнце,

   Колос наливая,

   По тебе от ветру, —

   Словно в синем море, —

   Волны так и ходят,

   Ходят на просторе.

   Над тобою с песней

   Жаворонок вьется;

   Над тобою и туча

   Грозно пронесется.

   Зреешь ты и спеешь,

   Колос наливая, —

   О людских заботах

   Ничего не зная.

   Уноси ты ветер,

   Тучу градовую;

   Сбереги нам, боже,

   Ниву трудовую!..

  * * *

   После долгой тяжелой разлуки,

   При последнем печальном свиданьи,

   Не сказала я другу ни слова

   О моем безутешном страданьи;

   Ни о том, сколько вынесла горя,

   Ни и том, сколько слез пролила я,

   Как безрадостно целые годы

   Понапрасну его все ждала я

   Нет, лишь только его увидала,

   Обо всем, обо всем позабыла;

   Не могла одного позабыть я —

   Что его беспредельно любила…

  * * *

   Нет, никогда поклонничеством низким

   Я покровительства и славы не куплю,

   И лести я ни дальним и ни близким

   Пред тем, что я всегда глубоко презирала,

   Пред чем, порой, дрожат достойные, — увы! —

   Пред знатью гордою, пред роскошью нахала

   Я не склоню свободной головы.

   Пройду своим путем, хоть горестно, но честно,

   Любя свою страну, любя родной народ:

   И, может быть, к моей могиле неизвестной

   Бедняк иль друг со вздохом подойдет;

   На то, что скажет он, на то, о чем помыслить,

   Я, верно, отзовусь бессмертною душой…

   Нет, верьте, лживый свет не знает и не смыслит,

   Какое счастье быть всегда самим собой!..

   * * *

   Люди много мне болтали

   О тебе добра и худа;

   Но на все пустые толки

   Я с презреньем отвечала.

   пусть кричат, что им угодно,

   Про себя я говорила,

   Мне всю правду сердце скажет:

   Лучше всех оно сумеет

   Различить добро и худо.

   И с тех пор, как полюбила

   Я тебя, прошло не мало

   Дней веселых и печальных;

   Разгадать же и теперь я

   Не могу, как ни стараюсь,

   Что в тебе я так любила;

   То ли, что хвалили люди,

   Или то, что осуждали?..

  Заколдованное сердце

   Что тебя обманывать напрасно:

   Нет, не верь волненью моему!

   Если взор порою вспыхнет страстно,

   Если руку я тебе пожму, —

   Знай: то прежних дней очарованье

   Ты во мне искусно пробудил;

   То другой любви воспоминанье

   Взор мой вдруг невольно отразил.

   Друг мой! Я больна неизлечимо —

   Не тебе недуг мой исцелить!

   может быть, могу я быть любима,

   Но сама уж не могу любить!

   Говорят, есть в свете злые люди,

   Колдовства имеют страшный дар;

   Никогда не вырвать уж из груди

   Силы их неотвратимых чар;

   Говорят, что есть слова и речи —

   В них таится чудный заговор:

   Говорят, есть роковые встречи,

   Есть тяжелый и недобрый взор…

   Видно, в пору молодости страстной,

   В самом лучшем цвете бытия,

   Я сошлась с волшебником опасным, —

   Той порою сглазил он меня…

   Произнес таинственное слово,

   Сердце мне навек заговорил,

   И недугом тяжким и суровым

   Жизнь мою жестоко отравил…

   * * *

   Не зови меня бесстрастной

   И холодной не зови —

   У меня в душе немало

   И страданья и любви.

   Проходя перед толпою,

   сердце я хочу закрыть

   Равнодушием наружным

   Чтоб себе не изменить.

   Так идет пред господином

   Затая невольный страх,

   Раб, ступая осторожно,

   С чашей полною в руках.

   Посев

   Сеятель вышел с кошницею в поле,

   Семя бросает направо, налево;

   Тучная пашня его принимает;

   Падают зёрна куда ни попало:

   Много их пало на добрую землю,

   Много в глубокие борозды пало,

   Многие ветер отнёс на дорогу,

   Много под глыбы заброшено было.

   Сеятель, труд свой окончив, оставил

   Поле, и ждал изобильной он жатвы.

   Зёрна почуяли жизнь и стремленье;

   Быстро явились зелёные всходы,

   К солнцу тянулися гибкие стебли

   И достигали назначенной цели —

   Плод принести и обильный, и зрелый.

   Те же, что в борозды, иль на дорогу,

   Или под глыбы заброшены были,

   Тщетно стремяся к назначенной цели,

   Сгибли, завяли в борьбе безысходной…

   Солнце и влага им были не в пользу!

   Жатва меж тем налилась и созрела;

   Жатели вышли весёлой толпою,

   Сноп за снопом набирают ретиво;

   Радостно смотрит хозяин на ниву,

   Видит созревшие в меру колосья

   И золотистые, полные зёрна;

   Тех же, что пали в бесплодную землю,

   Тех, что увяли в тяжёлой истоме,

   Он и не ведает, он и не помнит!..

   1857

  Милосердный самарянин

   Покрытый ранами, поверженный во прах,

   Лежал я при пути в томленье и слезах

   И думал про себя в тоске невыразимой;

   «О, где моя родня? Где близкий? Где любимый? о

   И много мимо шло… Но что ж? Никто из них

   Не думал облегчить тяжёлых ран моих.

   Иной бы и желал, да в даль его манила

   Житейской суеты губительная сила,

   Иных пугал вид ран и мой тяжёлый стон.

   Уж мной овладевал холодный смерти сон,

   Уж на устах моих стенанья замирали.

   В тускнеющих очах уж слёзы застывали…

   Но вот пришёл один, склонился надо мной

   И слёзы мне отёр спасительной рукой;

   Он был неведом мне, но полн святой любовью —

   Текущею из ран не погнушался кровью:

   Он взял меня с собой и помогал мне сам,

   И лил на раны мне целительный бальзам, —

   И голос мне сказал в душе неотразимый:

   «Вот кто родня тебе, кто близкий, кто любимый!»

  Молитва к Божией Матери

   Мира заступница, Матерь всепетая! Я пред Тобою с мольбой: Бедную грешницу, мраком одетую, Ты благодатью прикрой! Если постигнут меня испытания, Скорби, утраты, враги, В трудный час жизни, в минуту страдания, Ты мне, молю, помоги! Радость духовную, жажду спасения В сердце мое положи: В царство Небесное, в мир утешения

Путь мне прямой укажи!

   * * *

   Меня гнетет тоски недуг;

   Мне скучно в этом мире, друг;

   Мне надоели сплетни, вздор —

   Мужчин ничтожный разговор.

   Смешной, нелепый женщин толк,

   Их выписные бархат, шелк, —

   Ума и сердца пустота

   И накладная красота.

   Мирских сует я не терплю,

   Но божий мир душой люблю,

   Но вечно будут милы мне —

   И звезд мерцанье в вышине,

   И шум развесистых дерев,

   И зелень бархатных лугов,

   И вод прозрачная струя,

   И в роще песни соловья.

   ПРОЧТЯ СТИХОТВОРЕНИЯ МОЛОДОЙ ЖЕНЩИНЫ

   Опять отзыв печальной сказки,

   Нам всем знакомой с давних пор,

   Надежд бессмысленные ласки

   И жизни строгий приговор.

   Увы! души пустые думы!

   Младых восторгов плен и прах!

   Любили все одну звезду мы

   В непостижимых небесах!

   И все, волнуяся, искали

   Мы сновиденья своего;

   И нам, утихшим, жаль едва ли,

   Что ужились мы без него.

   Ноябрь 1846

   Примечания

   Предполагается, что это стихотворение посвящено Ю. В. Жадовской, у которой в 1846 г. вышел первый стихотворный сборник и вызвал живой интерес.

   Каролина Павлова. Стихотворения.
Москва: Советская Россия, 1985.

   Источники:

   1. Русская поэзия: http://poetrus.by.ru/index.htm   2. Любимые поэты Ninett: http://her-majestry.narod.ru/lovepoet4.htm   4. Поэзия небес: http://www.invictory.org/lib/2004/04/zhadovskaya.html

Источник: http://lib-ru.do.am/publ/zhadovskaja_julija_valerianovna_izbrannye_stikhotvorenija/1-1-0-9287

Ссылка на основную публикацию